суббота, 26 мая 2012 г.

Надпечатки — орудие пропаганды (Часть 1)

На денежном знаке достоинством в 250 рублей так называемого «пензенского» выпуска образца 1918 года, который после революции использовали советские власти, черной жирной краской надпечатан увесистый кулак, сжатый в фигу. Рисунок сопровождает стихотворение:
Посмотри на этот кукишъ. Ну-ка, что на них ты купишь?
Как говорят, ни в склад ни в лад, но зло, ядовито и метко. Действительно, на такую бумажку с обозначенным номиналом в 250 рублей в 1920 году в Советской России многого купить никому бы не удалось, Как, впрочем, и на любые другие бумажки, курсировавшие по стране. Однако возникает вопрос: когда и кто нанес надпись и рисунок на купюру? Ответ известен бони-стам давно. Такого рода пропагандистские поделки изготавливались в деникинском «Осведомительном агентстве» (ОСВАГ). Для проведения психологической войны широко использовались денежные знаки «пензенского» выпуска, в большом количестве захваченные Добровольческой армией в виде боевых трофеев. На этих купюрах и делались специальные надпечатки. Некоторые исследователи, изучая неофициальные, по большей части пропагандистские и рекламные надпечатки, делали выводы о новой функции денежных знаков. Например, Ю.П. Воронов в книге «Страницы истории денег» утверждал: «Пример использования еще одной функции денег привел нумизмат из ГДР Рейнгольд Зильх. В 1917—1922 годах на обесценившихся германских бумажных деньгах систематически появлялись политические лозунги: на купюрах достоинством в две марки печаталось в 1917 году: «Солдаты, дезертируйте! » В 1922 году на купюрах в тысячу марок можно было прочитать: «Социализм идет — он у порога».

Утверждать, что рекламные или политические надпечатки придают денежным знакам новую функцию, в такой же мере несерьезно, как заявлять, что кожа человека после нанесения на нее татуировки может получить новые физиологические свойства. Более того, по законодательству почти всех стран мира денежный знак с сознательно нанесенными на него текстами, знаками, рисунками, которые не утверждены законом в качестве обязательных, теряет платежеспособность. Следовательно, во всех случаях производства пропагандистских и рекламных надпечаток речь может идти только об использовании банкнот в роли обычной листовки и тем самым об аннулировании их денежных функций вообще.
Тем не менее для коллекционеров боны с любыми (официальными и неофициальными — пропагандистскими, памятными и рекламными) надпечатками представляют немалый историко-познавательный интерес.
Как мы видели на примерах, приведенных в начале главы, пропагандистские надпечатки использовались в идейной борьбе. В зависимости от задач их содержание становилось либо разоблачающим, деструктивным, либо призывным, созидающим.
На купюре пятирублевого знака, выпущенного в 1918 году Екатеринбургским отделением Госбанка в первую годовщину Октябрьской революции, был надпечатан такой текст:
«В память первого года гражданской борьбы Российской Социалистической Федеративной Советской Республики — немецкому пролетариату и его вождю Карлу Либкнехту от пламенного боевого пролетариата Урала!
Да здравствует ясный ум, горячее сердце и мозолистая рука пролетариата всего мира! Да здравствует коммунизм! Исполнительный Комитет Областного Совета Рабочих, Крестьянских, Казачьих и Красноармейских Депутатов Урала».
Надпечатка выполнена на двух языках — немецком и русском. Банкноты с этим текстом сегодня представляют большую редкость, и их видели далеко не все коллекционеры.
Не менее колоритна надпечатка более позднего периода, весьма редкая в коллекциях. Она сделана на авансовых карточках областного союза «Амурский кооператив»:
«Все в кооперативы!

Комментариев нет:

Отправить комментарий